МУНИЦИПАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ ГОРОДСКОЙ ОКРУГ АРМЯНСК


ВЕРСИЯ ДЛЯ СЛАБОВИДЯЩИХ
Главная / События / Забытые страницы истории Великой Отечественной войны

Забытые страницы истории Великой Отечественной войны

27.03.2019

Память – это мост между прошлым и настоящим, как верный страж стоит на посту у безымянных обелисков и братских могил. Наш народ умеет помнить, и мы гордимся этим умением, верим в его силу и вечность.

Забытые страницы истории открылись передо мной благодаря памяти ветеранов войны.

В конце октября 1943 года после освобождения Мелитополя части и соединения 4 Украинского фронта устремились в Северную Таврию.

На Перекопском направлении действовала подвижная конно-моторизованная группа «Буря» под командованием генерал-лейтенанта Н.Я.Кириченко, в состав которой входили 4-й гвардейский Кубанский кавалерийский и 19-й танковый корпус.

Задача группы заключалась в том, чтобы, не отрываясь от противника и не давая ему организовать оборону на промежуточных рубежах, на его плечах ворваться в Крым через Перекопский перешеек.

Сегодня остаются неизведанными страницы истории 36 кавалерийского полка 4 гвардейского Кубанского кавалерийского казачьего корпуса на севере Крыма - в районе Перекопского вала.

31 октября к с. Ингиз (бывшее село Исходное) подошел эскадрон 40 полка гвардейского корпуса и 36-й гвардейский кавалерийский полк полковника С.И.Ориночко из 10-й гвардейской кавалерийской дивизии.

Кавалеристы получили задание: «…с наступлением темноты совершить ночной марш и на рассвете 1 ноября 1943 года прорвать оборону противника на Перекопском валу, захватить Армянск и удерживать его до подхода главных сил дивизии».

Ночной марш оказался трудным, люди были крайне утомлены семидневными боями и непрерывным передвижением. Многие засыпали на ходу, сидя в седле. В связи с этим командованию, штабу и политаппарату полка стоило больших трудов контролировать и сохранять бдительность и боеготовность подразделений полка, их движение к намеченной цели.

Перед Перекопским валом кавалеристов обогнала колонна танков 101 танковой бригады 19 танкового корпуса. В составе колонны было всего 10 машин.

На рассвете 1 ноября 1943 года, как это и соответствовало боевому приказу, полк при поддержке танков с ходу прорвал оборону противника, пробился через Перекопский вал и с боем устремился в направлении Армянска. По пути он овладел маленьким поселком колхоза имени Буденного и, не снижая темпов, продолжал наступление. Однако вскоре обстановка резко изменилась и полк вошел в полосу тяжких испытаний.

Армянск, Кула и другие населенные пункты представляли собой единый в организационно-боевом отношении сильно укрепленный район, в котором противник располагал крупными силами пехоты и танков, а также мощными огневыми средствами, установленными на заранее подготовленных позициях. У Армянска на железнодорожной линии курсировало два бронепоезда. Что же касается 36-го кавполка, то он еще до входа в прорыв под Мелитополем не был укомплектован до штатной численности. В то же время в непрерывных боях с 25 по 31 октября он понес существенные потери в живой силе и технике. При подходе к Перекопскому валу полк имел всего 700 человек личного состава, около 750 лошадей, в том числе обозных, 6 минометов, три 76 мм и 45 мм артиллерийских орудия, 18 станковых пулеметов и один комплект боеприпасов. Конечно, приданные средства в лице кавалерийского эскадрона и минометной батареи, а также прорвавшиеся с полком танки генерала Васильева увеличивали мощь полка, но в недостаточной степени. И это не могло не сказаться на дальнейшем ходе событий. 

А события разворачивались вот так: едва полк вышел из колхозного поселка, как противник открыл ураганный огонь. Как вспоминает командир 36-го гвардейского Кубанского казачьего кавалерийского полка С.И.Ориночко «...била многочисленная артиллерия, били минометы, били бронепоезда. Полк спешился и развернул боевые порядки. Завязался ожесточенный бой, в котором сразу сказалось несравнимое огневое преимущество врага. К 9 часам все наши танки были подбиты и горели. Командирский танк был уведен в укрытие. Уцелевшие танкисты, прикрываясь броней своих танков, перешли к обороне, пустив в ход стрелковое оружие. Одновременно авиация противника волна за волной начала усиленную бомбежку и пулеметный обстрел наступающих кавалерийских подразделений, огневых позиций, батарей, коноводов и тылов полка. К 9.30 полк потерял убитыми и ранеными до 15% личного состава и 20% конного состава. Были подбиты и вышли из строя два артиллерийских орудия и 6 станковых пулеметов. А противник продолжал усиленно засыпать боевые порядки полка бомбами, снарядами и минами».

Вспоминает дважды Герой Советского Союза генерал армии И.А.Плиев, тогда еще генерал-лейтенант, только что вступивший в командование Кубанским корпусом вместо Н.Я.Кириченко «…40-й кавалерийский полк, наступавший на левом фланге дивизии, шел в атаку с развернутым Боевым Знаменем. Знамя нес Григорий Миллер. В самых воротах вала он был сражен вражеской пулей. Древко Знамени подхватил старший сержант Петр Халтобин, он бросился вперед, увлекая за собой боевые порядки полка».

К этому времени главные силы 10-й дивизии Перекопский вал не преодолели. Более того, попав под сильную бомбежку вражеской авиации, дивизия отошла от вала на северном направлении, т.е. противник принял все меры к тому, чтобы не пропустить дивизию через вал. Кавалеристам Ориночко С.И. пришлось перейти к обороне. Полк занял полукруговую оборону фронтом на юго-запад, юг и юго-восток. Враг явно стремился выбить кубанских казаков и танкистов с занимаемых ими оборонительных рубежей, заставить их оставить оборону и отойти.

Перекопский вал был уже закрыт противником,  он замкнул кольцо окружения. Отход полка в дневное время был невозможным и без приказа абсолютно исключался. Отсутствовала радиосвязь со штабом дивизии.

Противник силою до полка пехоты при поддержке 10 танков и самоходных орудий выдвинулся из Армянска и перешел в наступление. Завязался ожесточенный бой. Подразделения кавалеристов геройски отражали врага. Противник, потеряв убитыми и ранеными до 300 человек и 5 легких танков и самоходных орудий, вынужден был прекратить наступление и отойти на исходные позиции. Вражеская авиация проводила огневую обработку позиций.

Атака врага была отбита. Ночью подразделения полка совершенствовали свои оборонительные позиции, приводили в порядок оружие, помогали раненым, хоронили убитых, немного отдохнули.

Было совершенно ясно, что противник, получив за ночь подкрепление, будет вести бой на уничтожение.

Ориночко С.И. вспоминает, что всех вдохновляла мысль: ровно 23 года назад войска молодой Красной Армии под предводительством М.В.Фрунзе штурмовали Перекопский вал именно в такие ноябрьские дни.

Партполитаппарат полка во главе с заместителем по политчасти майором Ивановым и парторгом полка капитаном Дмитровым на протяжении всей ночи проводили в подразделениях работу, соответствующую задачам предстоящего дня, а майор И.С.Пистин проверял организацию обороны.

Утром 2 ноября все было готово к решающей схватке. Начавшееся в 9 часов наступление велось с трех сторон. Со стороны Армянска противник наступал силой до полка пехоты при поддержке восьми танков. Со стороны Кулы на правый фланг полка наступал батальон пехоты с тремя танками. Со стороны железной дороги на левый фланг наступала рота пехоты с пятью броневиками. Завязался жестокий бой, доходивший в ряде мест до рукопашной схватки. И враг не устоял. Он дрогнул и откатился на исходные позиции.

С 11 до 12 часов двенадцать вражеских бомбардировщиков бомбили оборонительные позиции и тылы полка, но эта бомбежка вреда уже не принесла, т.к. за ночь все было зарыто в землю. С полудня до вечера противник трижды переходил в наступление и каждый раз после мощного отпора отходил назад.

Следующую ночь мелкие группы противника пытались то тут, то там просочиться в тылы полка. Каждый раз эти попытки разбивались о мужество и отвагу наших мелких спецподразделений. Этой же ночью ударная группа в составе 90 человек под командованием старшего лейтенанта Т.Ф. Домницкого, командира 3-го эскадрона, провела прорыв и вывела из окружения раненого командира 19 танкового корпуса генерал-лейтенанта И.Д.Васильева.

За двое суток полк потерял 35% личного состава, 65% конного состава, весь боевой и продовольственный обоз. Нечего было есть. Но оставить рубеж, так обильно политый кровью, без приказа было нельзя. Связи со штабом дивизии не было, хотя рация полка работала исправно.

3 ноября в 8 утра противник начал сильную артподготовку. Она продолжалась около часа. Оборона представляла собой систему мелких боевых групп по 5-6 человек. Эти группы находились на расстоянии 50-70 м и к тому же были зарыты глубоко в землю.

Дважды противник начинал наступление, но с небольшими силами, неэнергично, коротко, и они были отбиты. Только потом стало ясно, что в это время части 51 армии форсировали Сиваш и создали реальную угрозу немецкой обороне на Перекопском валу с тыла, и одновременно войска Северо-Кавказского фронта захватили плацдарм в районе Керчи.

Только к вечеру последовал приказ: «Под покровом ночной темноты вывести из окружения полк и уцелевшее вооружение».

Ориночко С.И. вспоминает: «Вывести…это было делом совсем не легким. Противник все время держит нас под обстрелом и ведет наблюдение. Даже с наступлением темноты он организовал ночную разведку, изучая наше поведение. Дело осложнялось тем, что мы имели 29 тяжелораненых. Повозок для них не хватало. Лошадей почти не было. Оба уцелевших орудия совсем остались без упряжек лошадей».

С 2 часов ночи 4 ноября подразделения поочередно начали сниматься с позиций и сосредотачиваться на северной стороне поселка. Часть тяжелораненых разместили на повозках, другую – несли на руках. Были собраны все остатки вооружения. Люди впряглись в лямки артиллерийских орудий. Схватка с противником была непродолжительной и, пробившись через Перекопский вал, на рассвете прибыли в расположение дивизии.

Отдельного внимания заслуживает бессмертный подвиг сына осетинского народа, рядового 32 кавполка, комсомольца Александра Калоева. Было это так. Пять гвардейцев: лейтенант Руденко, казаки Калоев, Сидоров, Голуб, Топилин под сильным обстрелом противника достигли гребня укрепленного вала, и там завязался бой. Пренебрегая опасностью, они пошли на штурм дота. Вперед выдвинулся один Калоев. Под прикрытием огня товарищей он смело приблизился к цели, ловко метнул гранату в амбразуру дота и поднялся, призывая в атаку. Но внезапно ожил, замолчавший было, вражеский пулемет, залился злобной длинной очередью, прижал к земле казаков. И тут Александр Калоев бросился вперед и закрыл собой амбразуру. Прикрыл от смерти товарищей, обеспечил успех боя. Кусочек крымской земли был удержан до подхода основных сил.

Подвиг Александра Калоева был посмертно отмечен орденом Отечественной войны I степени. Он вдохновлял казаков-гвардейцев на новые подвиги. Его имя ныне высечено на мраморе на родине казака в селе Коста-Хетагурова и на Перекопе в числе имен воинов, похороненных в братской могиле, над которой горит огонь Вечной Славы. Его имя в школьных и городских музеях Армянска, Красноперекопска, Карачаево-Черкесии и в селе Меркула в Абхазии. Именем Александра Калоева названа школа №4 в городе Армянске и улицы в селе Суворово Автономной Республики Крым и в селе Коста-Хетагурова.

В 1991 году Калоеву А.А. посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Это уже заслуга живых: тех, кто воевал рядом, следопытов и жителей Перекопской земли, на которой погиб А.Калоев. Это заслуга комсомольцев и молодых рабочих Крымского научно-производственного объединения «Эфирмасло», строителей Северо-Крымского канала, следопытов подшефной школы №18 г. Симферополя. Именно они разыскали родственников Александра Калоева, его мать Аминат Калоеву, которая не знала, где похоронен ее сын. Именно им принадлежит инициатива установить памятник на Перекопской земле на месте, где располагался штаб 36-го кавалерийского полка под командованием Ориночко С.И.

На самом почетном месте в Зале Боевой Славы музея города Армянска висит казачья форма гвардии майора Чекурды Степана Тихоновича, командира отдельного истребительного противотанкового дивизиона в корпусе Кириченко, бывшего коменданта г. Краснодара. В годы войны о нем слагались легенды и песни. Военный корреспондент газеты «Красная звезда» писатель Петр Павленко в одной из корреспонденций писал о командире лихих конников-артиллеристов: «Когда на немцев нежданно-негаданно обрушивается губительный огонь русских пушек, они говорят: «Чекурда». Они опасаются камышей – нет ли там «Чекурды», они боязливо обходят леса – может, и там «Чекурда». Чекурда всюду, везде, везде».

Не только наши корреспонденты писали о Чекурде во время войны. Враги тоже: «Именем фюрера объявлено, что за поимку в живом или мертвом виде красного майора Степана Чекурды выдается награда в размере 100000 марок». Главнокомандующий вермахтом на Кавказе кавалер железного рыцарского ордена с мечами и бриллиантами фельдмаршал фон Клейст заучивает наизусть трудное слово «Чекурда», считая его первоначально новым видом оружия.

Яркая армейская биография С.Чекурды началась в 1927 году, когда он был призван на действительную службу в полк особого назначения. Боевое крещение Степан Тихонович получил на сопке Безымянной у озера Хасан. За отличные боевые действия по разгрому японских захватчиков Чекурда был награжден медалью «За отвагу» под №446. За первый же бой под станицей Кущевской в 1942 году – орденом Ленина. Он – гроза немцев. Таково одно из свидетельств ратных подвигов Степана Тихоновича.

Жена его расстреляна немцами как жена красного коменданта, а шестилетняя дочь – в гестапо, но Чекурду не сломят никакие беды. Он воин суровый и жесткий, редкой напористости.

«Веселые голубые глаза с хитрецою, мягкие рыжеватые усы, чуть завитые на кончиках, мягкий украинский говор, эдакий с усмешечкой, с заковыркой, и улыбающееся лицо, будто Чекурда все время ожидает от собеседника какого-то фокуса», - таким вспоминают Степана Тихоновича однополчане.

Чекурда вел дивизион в бой с умным расчетом: пушки появлялись в самых неожиданных местах. Пока гитлеровские артиллеристы засекали их, батарейцы успевали перекочевать на новые позиции и снова быть по врагу. Хитрость и маневр – вот главные качества чекурдинцев. Командир всегда там, где самое трудное и самое ответственное место. На боевом счету чекурдинцев 130 танков, 70 бронемашин, 300 автомобилей, 26 минометных и 16 полевых артиллерийских батарей, около 6000 гитлеровцев. Это ведь только то, что учтено точно. А сколько не успели сосчитать?!

Степан Тихонович видел в войне, прежде всего, труд, повседневный тяжелый труд. Грудь С.Т.Чекурды украшали 2 ордена Ленина, 2 ордена Красного Знамени, 2 ордена Отечественной войны I степени, медали; есть десятки благодарностей; среди наград – пара лошадей от Краснодарского крайкома партии за бои в районе Ростова-на-Дону.

При жизни Степан Тихонович был постоянно среди молодежи, которой рассказывал о славных подвигах кубанских казаков. Он был почетным пионером 42 школ Крыма, среди них и Армянская средняя школа №1.

Самоотверженно действовал врач полка капитан Юрьев. Его медицинский пункт во главе с медсестрой Еленой Мухиной своевременно и успешно оказывал помощь раненым. И многие их них обязаны своей жизнью умелым рукам полкового врача.

Кубанские казаки показали, что они при всех жизненных обстоятельствах сохраняли мужество, стойкость и презрение к смерти в борьбе с врагами Родины.

Четырехдневный бой 36-го кавполка за Перекопским валом – одна из ярких героических страниц его боевой истории. Нельзя без волнения вспоминать о мужестве и стойкости личного состава, проявленные в неравной борьбе с врагом. Героические действия артиллерийской батареи старшего лейтенанта Крыжанского, эскадронов старших лейтенантов Дорохина и Домницкого, разведчиков лейтенанта Соляника, саперов лейтенанта Позднякова и многих других всегда будут в памяти как высокое проявление беспредельной преданности нашей великой Родине.

Вышел эскадрон вполне боеспособным, не имея существенных потерь, что свидетельствовало о талантливости и мужестве его командира. Командование высоко оценило боевые действия казаков-гвардейцев и наградило большую группу воинов орденами и медалями. Орден Красного Знамени был вручен майкопчанину сержанту Дренину Петру Степановичу. Человек необычайного мужества и отваги, он умело командовал отделением и со своими подчиненными нанес врагу огромный урон, уничтожив до 150 гитлеровцев. Его отделение одним из первых прорвалось через Перекопский вал. В завязавшемся бою внезапным оружейно-пулеметным огнем из дзота гитлеровцы пытались остановить разведотряд. Тогда П.Дренин, не раздумывая, бросился вперед и, обойдя дзот с тыла, ворвался в него, забросал гранатами, уничтожил пулемет и тринадцать находившихся там гитлеровцев. Это только один эпизод боя.

В седле, под знаменем гвардейским, на Перекопском перешейке, на берегах Вислы и под небом Румынии, на дорогах Венгрии и на подступах к Праге – всюду с честью выполнял высокую миссию освободителя казак с клинком, патриот с горячим сердцем, который не посрамил славы отечественного оружия.

Все это давно стало живою легендой и песней. Как много в ней поэзии и подлинной эпической красоты, красоты, как бы почерпнутой из старых казацких дум, еще и теперь распеваемых слепыми певцами. Это не выдумка, это действительность, это жизнь, какая она есть.

Шашка. Тачанка. Эскадрон…

Бежит время, и мы все реже и реже произносим эти слова. И скоро слово «коновод» будет звучать как оруженосец, а «кавалерист» как улан. Место кавалерии теперь в книгах и фильмах. Но время бессильно развеять легендарный ореол славных подвигов конников.

Есть в наших степях могильные холмики – памятники великого подвига конников. Дивизион всегда сражался так, словно рядом с живыми батарейцами стоят те, кто никогда уже не увидит голубое небо Кубани.

В историко-краеведческом музее нашего города есть личные вещи, фотографии, воспоминания ветеранов – участников боев на Перекопской земле. Среди них и экспонаты и воспоминания о «Казачьей гвардии» - передовом отряде 4-го гвардейского Кубанского кавалерийского казачьего корпуса – 36-ом кавалерийском полке под командованием С.И.Ориночко, который в конце 1943 года вместе с танкистами 19 танкового корпуса первыми ворвались в Крым и захватили плацдарм южнее Перекопского вала и, находясь в полном окружении, в течение четырех суток вели бой с превосходящими силами противника.

Сам корпус был сформирован далекой весной 1942 года из добровольцев непризывных возрастов, тружеников городов, станиц и аулов Краснодарского края, которые по зову сердца встали на защиту Отечества.

За героизм и воинскую доблесть корпус был удостоен высокого звания гвардейского.

Казаки-гвардейцы во взаимодействии с другими воинскими соединениями освободили от фашистских оккупантов сотни городов и сел на Дону, Северном Кавказе, в Крыму, Украине, Белоруссии; их с радостью встречали народы Польши, Венгрии, Румынии и Чехословакии.

Москва по приказу Верховного Главнокомандующего восемнадцать раз победными залпами салютовала доблестным кубанским казакам.

На боевом Красном знамени корпуса алеют ордена Ленина, Красного Зманени, Суворова и Кутузова. Это высшее свидетельство того, что казаки-кубанцы с достоинством и честью выполнили свой священный долг перед Родиной.

Славные боевые дела 4-го гвардейского Кубанского казачьего кавалерийского корпуса навсегда вошли в историю Великой Отечественной войны как одна из ее самых ярких страниц.

 

 

 

 

Директор Историко-краеведческого музея                                 Л.А. Варшавская